В. Г. Лысенко. Приветственное слово участникам IV Международной конференции «Буддийский канон: переводы, исследования, практика»
Фото: Айлан Оюн
Предлагаем вашему вниманию текст вступительного слова доктора философских наук, руководителя Сектора восточных философий Института философии РАН и зав. кафедры ЮНЕСКО «Философия в диалоге культур» Виктории Георгиевны Лысенко, обращенного к участникам IV Международной конференции «Буддийский канон: переводы, исследования, практика». Конференция состоялась в Москве 26–27 октября и продолжила серию совместных проектов ИВ РАН и фонда содействия сохранению культурных и философских традиций тибетского буддизма «Наланда», направленных на перевод и фундаментальное исследование канонических текстов, разработку единых подходов к буддийской терминологии и формирование буддийского канона на русском языке.
В своем выступлении В.Г. Лысенко отметила, что работа над переводом буддийского канона – это продолжение трудов С.Ф. Ольденбурга, Ф.И. Щербатского, О.О. Розенберга, отдельно подчеркнув, что этот масштабный проект «не может рождаться в отрыве от тех, для кого эти тексты остаются живым Словом Будды». Центральной проблемой названа терминология: без согласованности норм перевода канон рискует остаться «собранием несовместимых переводов». Перевод буддийского текста – это всегда интерпретация и «встреча горизонтов», обратила внимание Лысенко. Об использовании цифровых инструментов было отмечено, что ИИ уже может выдавать черновой вариант перевода, но он «не способен взять на себя ответственность за понимание», и текущая задача состоит в том, чтобы использование ИИ усиливало коллективную работу, «а не множило гладкие, но пустые тексты». И в заключение она отметила, что русскоязычный буддийский корпус обретает свое воплощение и становится доступен читателю благодаря ряду специализированных издательств таких как «Буддадхарма», «Нартанг», издательство фонда «Наланда», серия «Самадхи» – «без них переводы оставались бы в рукописях».
Напомним, одной из основных целей конференции является разработка методологических подходов к формированию буддийского канона на русском языке и русскоязычной буддийской лексикографии. Особое значение при этом приобретает согласование терминологии и установление соответствий между понятиями, используемыми в различных буддийских традициях и на разных языках. Работа в этом направлении ведется совместно с представителями академического сообщества, переводчиками, буддистами-практиками и членами монашеской общины, а также буддийскими организациями. Так, в этом году для участия в конференции в Москву прибыла делегация из Тувы, специалисты из Бурятии и Монголии.
«Уважаемые коллеги, дорогие друзья!
Позвольте мне от имени Института философии РАН, Сектора восточных философий и Кафедры ЮНЕСКО «Философия в диалоге культур» сердечно приветствовать участников IV Международной конференции «К русскоязычному Буддийскому канону: переводы, исследования, практика». Четвёртая встреча — уже не начинание, а устойчивое движение. Его участники видят общую цель: однажды у русской культуры будет свой Буддийский канон, переведённый, прокомментированный и живой. Наш сектор и наша кафедра внесли и продолжают вносить вклад в это важное и достойное дело. У нас были подготовлены и изданы первая Энциклопедия «Индийская философия» (2009) и «Философия буддизма» (2011). Обе эти энциклопедии не просто справочный материал, они содержат авторские статьи (иногда две статьи по одному и тому же черному слову). Уже четвертый год мы проводим Международную научно-практическую конференцию «Азиатские философии: история, методология, межкультурный подход» под эгидой нашей Кафедры ЮНЕСКО «Философия в Диалоге культур». В этом году у нас были англоязычные секции по индийской, буддийской, китайской и межкультурной философии. Приглашаем вас принять активное участие в будущих наших конференциях!
Само название конференции, «К русскоязычному канону», точно передаёт положение дел. Канон ещё не создан, мы находимся в пути. Этот путь начался давно. Сто с лишним лет назад С.Ф. Ольденбург и Ф.И. Щербатской основали серию Bibliotheca Buddhica, а О.О. Розенберг составлял свой терминологический словарь. Их надежды на большие переводческие проекты прервала история. Тем отраднее видеть сегодня в одном зале академических исследователей, переводчиков, издателей и представителей буддийских образовательных учреждений: Российского буддийского университета, Буддийского университета «Даши Чойхорлинг», Агинской буддийской академии. Особенно ценно, что с нами коллеги из Бурятии, Калмыкии, Тувы, а также из Монголии и Литвы. Для монгольской традиции Ганжур веками был не только предметом изучения, но и частью повседневной ритуальной жизни. Русскоязычный канон не может рождаться в отрыве от тех, для кого эти тексты остаются живым Словом Будды.
Программа этого года показывает, насколько многогранна наша задача. Я бы выделила в ней несколько линий.
Первая линия — терминология и правила перевода. Тибетская переводческая традиция дала нам редкий образец осознанной и отрефлексированной переводческой политики. Доклады о своде правил перевода Слова Будды, о формировании нормативной терминологии и о толковании терминов обращают нас к этому опыту. Мы должны не только учиться у тибетских лоцав, но и спросить себя: возможна ли подобная согласованность в русском языке, где нет единого заказчика и единой школы? Сюда же относится вопрос, который кажется техническим, но им не является: как передавать по-русски тибетские термины и имена собственные. От ответа на него зависит, будет ли наш канон единым корпусом или собранием несовместимых переводов.
Вторая линия — герменевтика философского перевода. Перевод буддийского текста — всегда интерпретация, а интерпретация — всегда встреча горизонтов. Я рада, что в программе есть доклады о герменевтических особенностях философского перевода, о передаче многослойной семантики буддийских текстов. Они напоминают нам, что одноуровневый перевод неизбежно обедняет такой текст. Для меня как исследователя межкультурной философии здесь главное: переводчик не просто подбирает эквиваленты. Он ведёт диалог двух понятийных миров, и честный перевод должен показывать читателю, где между ними остаётся зазор.
Третья линия — поэтика и литературная форма. Они ставят перед переводчиком особенно трудную задачу. Ему нужно сохранить не только смысл, но и звучание, ритм, ту красоту, без которой гимн перестаёт быть гимном.
Четвёртая линия — живая традиция и её контекст. Доклады на эту тему напоминают, что канон — не музейный экспонат. Он существует в практике, в ритуале, в сакральной географии. Сюда же я отнесла бы доклад о вопросе просветления женщины в канонических текстах. Это тема, в которой историко-филологическая точность встречается с самыми насущными вопросами современности.
Пятая линия, без которой сегодня немыслима наша работа, — цифровые инструменты. Доклады об ИИ-инструментах для перевода тибетского канона и о новом инструменте перевода произвольных тибетских текстов, а также мастер-класс цифрового перевода на основе разработанной в Институте востоковедения системы TRAIT показывают, что мы живём в переходное время. Машина уже способна предложить черновой вариант, но не способна взять на себя ответственность за понимание. Мне кажется, главный вопрос здесь не в том, заменит ли искусственный интеллект переводчика. Важнее понять, как сделать, чтобы он усиливал коллективную работу и согласованность терминологии, а не множил гладкие, но пустые тексты. Перевод был и остаётся делом диалогическим, и цифровые средства должны служить этому диалогу.
Наконец, я с радостью отмечаю участие издателей: серии «Самадхи», издательств «Буддадхарма» и «Нартанг», издательство фонда «Наланда». Без них переводы оставались бы в рукописях. Именно они делают русскоязычный буддийский корпус реальностью, доступной читателю.
Дорогие коллеги! Кафедра ЮНЕСКО, которую я представляю, называется «Философия в диалоге культур». Трудно найти более наглядный пример такого диалога, чем перевод Слова Будды с санскрита на тибетский, с тибетского на монгольский, а теперь и на русский. Каждый такой переход был не только лингвистическим, но и культурным, философским событием. Мы с вами участвуем в одном из таких событий. Желаю конференции плодотворной работы, острых дискуссий, новых совместных замыслов, а начинающим переводчикам — вдохновения на мастер-классе».
