Досточтимый Тензин Приядарши. Посвящение профессору Турману

Профессор Роберт Турман и досточтимый Тензин Приядарши. Фото из архива автора.

Невозможно подготовиться к утрате дорогого духовного друга. Боб-ла был где-то посередине между идей прожить до 120 лет, чтобы служить Его Святейшеству Далай-ламе (ведь разве может хороший ученик уйти из жизни прежде своего учителя?) и пониманием, что он может умереть в любой момент! «Гелонг-ла, ты должен защитить докторскую до того, как я двину копытами», – то и дело повторял он с тех пор, как мы встретились лет тридцать тому назад. А потом улыбался и добавлял: «Вообще-то тебе это не нужно, но я бы очень гордился, если бы у меня был такой аспирант».

Боб-ла обладал достоинствами замечательного учителя: он был полон глубоких прозрений, любознателен, умел увлечь за собой, развлечь и порой был совершенно непреклонен в отстаивании своих позиций. И все эти качества проявлялись в нем бескомпромисно. Едва ли кто-то может тягаться с ним по тому вкладу, который он внес в развитие буддизма на Западе. Иногда я в шутку говорил ему, что то, чего он добился с одним глазом, большинству не осилить и с четырьмя.

Закончив свои труды в Колумбийском университете и выйдя на пенсию, он стал еще деятельнее. С огромным воодушевлением и энергией Боб проявлял себя во всех своих ипостасях: ученика, учителя, практикующего, мужа и отца. Возможно, не на всех этих поприщах он был идеален, но он всей душой отдавался всему, чему уделял внимание.

В наших беседах он то и дело превозносил достоинства монашеской жизни (он был монахом), а когда ужинал с моей матерью и сестрами, приговаривал: «Приядаршан был бы прекрасным отцом», заливаясь своим коронным смехом с нотками озорства.

Однажды Его Святейшество Далай-лама проводил учения в Мюзик-холле «Радио-Сити» в Нью-Йорке. Получать учения от Его Святейшества – всегда большая радость, плюс к этому уносишь с собой те знания, какие тебе под силу впитать. Я сидел позади Боба. Предавшись воспоминаниям, Его Святейшество вдруг стал рассуждать о том, как давно никто не читал при нем Сутру сердца на санскрите. В последний раз он слышал ее санскритское звучание очень давно от одного пандиты сразу по прибытии в Индию. Боб-ла развернулся ко мне и сказал: «Ты можешь это сделать» и, не дождавшись моего ответа, обратился к Его Святейшеству со словами: «Гелонг Приядарши может прочесть». Когда Боб-ла говорит шепотом, его слышат сотни. Его Святейшество остановился, повернулся в мою сторону и спросил, могу ли я это сдлать. На мгновенье я замер как вкопанный. Боб же с большим воодушевлением произнес: «Начинай, я тебя поддержу». Получив приказ гуру, я собрался с силами, закрыл глаза и представил себя у его стоп (чтобы отвлечься от мыслей, что меня слушают тысячи человек, а я далек от карьеры артиста). Дрожащим голосом я начал читать Сутру сердца на санскрите. Когда я закончил и открыл глаза, Его Святейшество утирал слезы – знак того, что он был глубоко тронут. Боб же сидел с сияющей улыбкой на лице – он был несказанно рад, что мы вместе сумели исполнить желание нашего гуру. Я так и не услышал, чтобы Боб включился и стал распевать санскритские слоги, но его вера в меня помогла мне дочитать сутру до конца. Он говорил потом, что это был исторический момент передачи духа Наланды на Запад через Мюзик-холл «Радио-Сити».

У нас с Бобом никогда не было коротких бесед. Они всегда были долгими, и каждая из них завершалась списком тем, которые мы должны затронуть при следующей встрече. Мы обсуждали всё – от государственных дел до текущих переводческих проектов и неожиданно глубоких мыслей, встреченных в комментариях по Калачакре и Гухьясамадже – его энтузиазм был заразителен, и я никогда не чувствовал усталости от наших разговоров. Доверять ему было чем-то совершенно естественным. Надежные друзья встречаются редко, и их нужно ценить. Боб-ла был таким популярным, что редко приходил вовремя. Каждая беседа начиналась с краткого изложения того, что и с кем он обсуждал в этот день.

Где бы мы ни были – в Азии, Европе или Америке, – он всегда был одет как с иголочки, а услышав комплимент, искусно перенаправлял его Нэне, которую обожал. Было очень радостно видеть их вместе. Когда мы в последний раз говорили за несколько дней до его ухода, мы всё ещё планировали новые поездки – в Индию, к Его Святейшеству Далай-ламе. Я рад, что благословения Его Святейшества будут направлять его дорогого друга в бардо и что их кармическая связь такова, что они всегда будут неразлучны.

Я почти слышу, как профессор Роберт А.Ф. Турман читает лекции и дает учения всем, кого встречает в своих путешествиях по бардо, его зычный голос громче любых отвлечений – подобный львиному рыку – славит Дхарму Будды – разъясняет, зачем нам Далай-лама, – почему так важен Тибет – и излагает свое реалистичное видение мира на Земле.

Нэне-джи и семейству турманов мои молитвы и соболезнования.

Мой дорогой Боб-ла, нам будет очень тебя не хватать.

18 июня 2026 г.

Всемирно известный буддолог профессор Турман ушел из жизни 16 июня 2026 года. 49-й день, последний день возможного пребывания в бардо, пришелся на 3 августа – день его рождения.

Перевод Юлии Жиронкиной